Миф о «криминальной столице» на берегу Чёрного моря десятилетиями подпитывался шансонами, сериалами о Соньке Золотой Ручке и байками о Мишке Япончике.
Нам годами навязывали образ Одессы как города, где на каждом углу грабят, а контрабандисты правят улицами. Но если отложить сценарии художественных фильмов и открыть сухие архивные отчеты, картина меняется кардинально.
Исследователь истории Аким Галимов в своем новом проекте приводит факты, которые вряд ли понравятся поклонникам «бандитского» романтизма. Оказывается, статус Одессы как главного очага преступности — не более чем удачно раскрученный бренд, не имеющий ничего общего с реальной статистикой.
Пока легенды об Одессе распространялись по империи, настоящий криминальный ужас творился в столицах. Аркадий Кошко, возглавлявший на рубеже XIX и XX веков московскую розыскную полицию, оставил после себя вполне конкретные цифры. Только за один день в Москве фиксировалось более тысячи краж. Знаменитый Хитровский базар был настолько опасным местом, что туда опасались заходить даже вооруженные правоохранители.
Не отставал и Санкт-Петербург, где действовали профессиональные банды «медвежатников» (взломщиков сейфов). Самое интересное, что руководили этими группировками часто бывшие представители власти. А звание города с самым высоким уровнем насильственных преступлений вообще принадлежало Ростову.
Для многих это станет неожиданностью, но Киев в конце XIX века был значительно опаснее Одессы. По данным того же Аркадия Кошка, уровень преступности в украинской столице в три раза превышал средние показатели по империи. Причины были банальными: острый дефицит патрульных на улицах и тотальная коррупция в полицейском аппарате.
Одесский историк Александр Бабич, который сейчас защищает Украину в рядах ВСУ, проанализировал данные исследования проекта «Decization» за 2024 год. Отчет статистических данных об осужденных за 1913 год окончательно ставит точку в вопросе «бандитской мамы».
«Общее количество осужденных по отношению к количеству горожан в Одессе было почти вдвое меньше, чем в Нижнем Новгороде, и значительно уступало Баку и Казани. Даже если мы возьмем категорию мелких карманников, то и здесь лидером была вовсе не Одесса, а Нижний Новгород», — отмечает Аким Галимов.
Конечно, Одесса не была идеальным городом. В период с 1885 по 1907 год преступность здесь выросла почти в пять раз. Однако для портового города, развивавшегося бешеными темпами, это был нормальный показатель, не выходящий за пределы общеимперской нормы.
Всплеск преступности во время Первой мировой войны и революции также не был локальной особенностью — это была общая трагедия всех крупных городов того времени.
Поэтому здесь возникает логичный вопрос: почему же тогда именно Одесса ассоциируется с бандитизмом? Ответ на этот вопрос и искал историк Аким Галимов. То, что он обнаружил, действительно удивляет:
Читай также:
