Об угрозах от известных политиков и о прослушивателе в собственном авто: ведущий Евгений Плинский рассказал о жизни до и после войны

Секретные материалы 

Об эмоциях во время эфиров и о нынешних врагах…

До войны Евгений Плинский вел программу «Секретные материалы» на канале 2+2. Однако последние четыре месяца он вместе с коллегами ежедневно в режиме нон-стоп рассказывает украинцам об актуальной ситуации в стране в рамках телемарафона «Єдині новини».

− Евгений, как было принято решение об участии в телемарафоне?

− Решение принималось коллективно руководством канала. Первые команды формировались из ведущих, которые имели возможность в первые дни войны быть на работе. На раздумья времени не было, все решали мгновенно, прямо здесь и сейчас. В Украине в таком формате еще не работал ни один телеканал, поэтому для всех это был первый опыт. Честно говоря, первые дни телемарафона были самыми сложными: непонятно было, как поддерживать круглосуточную трансляцию, каким материалом наполнять эфир, как консолидировать и обрабатывать столько разной информации. Но работу удалось наладить очень быстро.

− Помните ли вы свои мысли и эмоции во время первого эфира? Какова была атмосфера в ньюзруме?

− Первый ночной эфир я вел с коллегой, ведущим Игорем Цыгаником. Мы проживали те же эмоции, что и миллионы украинцев. Страх, растерянность, непонятность перспектив, переживания за родных – вот что чувствовал лично я. Быть готовым к войне невозможно, она всегда приходит внезапно. Поэтому адаптироваться к новым условиям приходилось в прямом эфире. Даже есть видео, где мы с Игорем во время ночной трансляции выбегаем из студии и направляемся в бомбоубежище, потому что объявили воздушную тревогу и это произошло на фоне новостей о том, что россияне именно этой ночью будут сильно бомбить столицу. Но даже в такие моменты мы, как журналисты, должны были держать себя в руках и работать.

− Были ли ситуации, когда вам или коллегам не удалось удержать эмоции во время эфира?

− Конечно, были и неоднократно. Когда ты рассказываешь о войне, которая происходит в твоей стране, а не где-то за границей, сложно отвлечься. Каждую новость пропускаешь через себя. Я чуть не заплакал в прямом эфире, зачитывая письмо-записку из Мариуполя, в котором был как дневник войны и рисунок-карта, где были похоронены те или иные люди. Это не просто художественная история, это слова человека, пережившего настоящий ад! Как отстраниться от таких историй? Наши девушки-ведущие иногда дают волю слезам, так в эфире «Нічної Варти» Наталья Островская и Наталья Мосейчук не удержали слез в разговоре с Андреем Бедняковым. Мужчины-ведущие более сдержанны, но, поверьте, есть события, которые поражают нас одинаково сильно…

− Вы часто попадали под «обстрел» из-за своих расследований?

− Проект «Секретные материалы», который до войны выходил на канале 2+2, достаточно резонансный и к нашим журналистам всегда был «интерес» со стороны героев сюжетов. Сейчас мы с командой телемарафона попадаем также под информационное давление врага. После того, как мы с Наталией Островской в ​​эфире обсудили взрыв в подъезде самопровозглашенного мэра Энергодара, на мой телефон стали поступать угрозы. Мол, мои слова не пройдут для меня бесследно. Еще одна ситуация произошла после выпуска «Нічної варти», где мы обсуждали коллаборантов и предателей, в частности, Илью Киву. Он написал в своем телеграмм-канале пост, где посвятил мне абзац, написав: «Плинский, теперь я точно тебя найду». Это признак того, что рашисты нас смотрят и наши темы их цепляют. На эти угрозы мы реагируем спокойно, понимая, что это неизбежно, потому что идет война. Но подобные попытки заставить нас молчать ни к чему не приведут.

− Когда было труднее справиться с такой реакцией на вашу работу – до войны или сейчас?

− До войны было труднее, потому что я не понимал, кто это делает. К примеру, полгода назад я нашел у себя в автомобиле устройство для прослушивания. Я не знал, чьих рук это дело и какова их цель. Сейчас легче, потому что ты четко знаешь, кто твой враг – русские, и за что ты ведешь борьбу – за победу Украины. Потому я фактически не реагирую на это.

Как бороться с тревогой? О чем Евгений говорит с собственными детьми и как советует говорить о войне другим родителям? Об информационной безопасности и какая военная история больше всего поразила ведущего? Об этом и больше читайте в полной версии интервью на сайте Телегид

Смотри также:

Красный песок, скалы, выточенные ветром в причудливые формы, буквально бросающие вызов гравитации, и цвета, которые кажутся неземными.
25052026
Ночные снимки нашей планеты из космоса обычно создают иллюзию стабильности. Кажется, что кружево городских огней остается неизменным годами. Однако свежие спутниковые данные американского космического агентства NASA опровергают этот стереотип. 
Когда мы слышим слово «джинн», в голове обычно возникает образ синего великана из диснеевского мультфильма, который послушно исполняет три желания и прячется в старой лампе. 
25052026
Во время археологических раскопок в Иерусалиме исследователи наткнулись на подземную структуру, которая сразу вызвала больше вопросов, чем ответов...
Успенский собор Киево-Печерской лавры, заложенный еще в 1073 году, пережил и нашествие орд, и тотальный подрыв во время Второй мировой войны.