Главное управление разведки МО Украины перехватило очередной разговор оккупанта, в котором он рассказал о своих «происшествиях» на линии столкновения.
«Когда эти п… (нехорошие люди) стреляют, оно над головой летит и падает в 200 метрах, ты такой «ну, это х… (досадно)». Потом вылезаешь, стреляют свои. И тоже кладут от тебя 200 метров. Ты им по рации: «вы что, йо… (не в своем уме). А они говорят: там невозможно, мы не можем так близко стрелять».
Затем захватчик рассказывает о ситуации, когда два рашистских подразделения устроили перестрелку друг с другом:
«Два разных батальона заходили. Одни с одной стороны леса, другие с другой. Вечером. Связи не было. Пох… (убили) друг друга, дол… (недоумки)».
А потом оккупант делится с собеседником тем, как хочет сбежать с фронта, однако его командир четко дает всем понять, что уйти возможно только грузом 200, никого не отпускают:
«Просто русская армия удивляет меня. Сидим, пацаны сейчас по госпиталю поедут, у кого какие болячки. А у меня, х… (не знаю), какие болячки искать. Надо уехать кардиограмму сделать. У меня с сердцем х… (плохо) постоянно. Может, кардиограмма что-то покажет. Здесь таких знаешь, сколько? Только контракт подписали, два месяца прошло, их отправили сюда. И они сидят с открытыми глазами. Перед нами село стоит, они его целый день е… (обстреливают). Там три человека живет, село с лица земли стирают. Нашему командиру пришли бумаги, чтобы выводить нас еще в марте. Ему вообще пое… (безразлично). Потому что если нас убрать, нужно кого-нибудь сюда поставить. Потому что здесь все сразу снесут. Некого ставить. Батальон у нас понемногу рассыпается. Кто хочет се… (убегает). Комбат у нас сказал: здесь одна дорога выезда. Пулемет есть, заряженный уже стоит, я выйду на дорогу и начну поливать, если вйо… (убегать) будете».
Слава Украине и смерть врагам!
Читайте также: