Сначала он вместе с группой ГУР и «Альфы» защищал Ирпень, Бучу и Гостомель. Затем перешел в ТРО, а дальше — служил в штурмовом полку ВСУ. Поэтому играть военных для него — естественно. В новом сериале 2+2 «Фортеця» Сергей воплотил на экранах защитника Харькова. Лента создана на основе рассказов реальных военных, волонтеров и обычных жителей города и воспроизводит первые часы и дни боев глазами простых харьковчан — менеджеров, барменов, поваров, учителей, водителей, которые в решающий момент объединились и встали на защиту своего города.
Накануне премьеры, которая состоится 4 декабря в 18:20 на телеканале 2+2, актер откровенно рассказал, почему сейчас не в армии, от каких ролей категорически отказывается и почему решил не откладывать жизнь на потом.
Сергей, почему вы приняли решение идти в армию?
Уже за месяц до вторжения было много информационного шума, много говорили о том, что будет война. И еще тогда я решил, что сразу пойду защищать страну. Для меня это было очевидным. У меня есть родители, братья, сестры, племянники. Кто должен их защищать? Когда присоединился к ГУР, деоккупировали Гостомель и Ирпень, родным не говорил, придумывал какие-то истории, не хотел, чтобы они лишний раз волновались. У меня врожденное заболевание крови, из-за которого она не сворачивается. Даже несложное ранение в моем случае могло стать летальным. Из-за этого меня в конце концов и уволили из ВСУ.
Но вы же сами понимали риски?
Я в тот момент об этом не думал, а делал все, чтобы быть полезным. Позвонил товарищу, который воевал в АТО. Он сначала меня послал, но я сказал: с твоей помощью или без — все равно пойду. Мы познакомились с небольшой группой ГУРовцев, из «Альфы» ребята были, стояли в Гостомеле, в Ирпене, участвовали в боях. После одного из таких «крещений», когда на стекольном заводе пережили массированный артиллерийский обстрел и едва выжили, мой товарищ был ранен, реально стало страшно за свою жизнь. Юридически я не имел никакого статуса, если бы погиб, то получается, что оказался там случайно. В тот момент подумал о своей матери, которая бы меня хоронила: как кого?
Поэтому попросил, чтобы меня официально оформили в ГУР. К тому времени я уже приезжал на отчет к Буданову, правда тогда еще не понимал, кто он и какую должность занимает. Это уже позже он вышел в публичное пространство. Но это оказалось не так просто, есть определенная процедура.
И тогда вы пошли в ТРО?
Единственное, что меня огорчало, что служба будет сводиться к проверке авто на блокпосту. А я уже имел опыт штурма, ближнего боя. Уже через несколько дней меня пригласили на беседу в СБУ, потому что кому-то моя история показалась подозрительной. Я даже толком подтвердить ничего не мог, потому что свой телефон потерял. Даже не мог доказать, где я был и с кем. Был интересный разговор, из которого я понял, что меня подозревают, будто я засланный казачок. Кому-то позвонили, оттуда — не знаем такого. Но потом пришло сообщение от старшего группы, в которой я был, который подтвердил, что «казак наш, нормальный парень». А дальше мы уже были в Мощуне, Горенке, я работал и пулеметчиком, и разминированием занимался. Ко мне начали относиться, как к опытному военному.
Сергей, именно во время войны вы встретили свою любовь, расскажите об этом.
Война коренным образом изменила меня, ценности, цели... Я понял, что безответственно относился к своему роду. Мог погибнуть в любой момент и не оставить следа. Я много думал об этом, обращался к Богу. Семья, род, дети — это самое главное. Не сторонники, не съемки, не награды. Я так искренне этого хотел, что все произошло очень быстро.
Раньше я общался в соцсети с девушкой, но не решался предложить ей встретиться, считал ее слишком красивой, прихотливой. Кроме того, она воспитывает дочь. Я сомневался, смогу ли обеспечить им достойный уровень жизни. Ведь актерская профессия не очень стабильна, особенно в наше время. И вот однажды, это уже было после освобождения Киевской области, меня отпустили на пару дней домой, и я пригласил Юлию на кофе. А она согласилась.
Это была любовь с первого взгляда?
Да, у нас очень быстро все закрутилось. Уже через полгода мы поженились. Тогда я как раз лежал в больнице, восстанавливался после травмы. Свадьба была очень скромной — маленький семейный праздник. После расписки с несколькими близкими друзьями пообедали в бюджетном заведении, а потом поехали к жене домой, а вечером я вернулся в госпиталь. Уже три года мы — семья.
Как вас восприняла дочь Юлии?
Она уже взрослая девочка, имеет свое мнение. Мы все еще в процессе налаживания коммуникации. У нее есть папа, и на эту роль я не претендую. Только на роль старшего друга, с которым можно делиться, на которого можно положиться.
А каким вы были в детстве, почему решили стать актером?
Почти все детство я провел на сцене. С первого класса занимался танцами. В старших классах был ведущим на школьных праздниках, участвовал в различных постановках. Как-то мы ставили новогодний спектакль для пожилых людей, я играл Кощея. Как нам аплодировали! Мне это так понравилось. Эти эмоции запомнились на всю жизнь. Однако после школы поехал поступать в Желтые Воды, на какую-то физико-математическую специальность. Конечно, провалил экзамены. И я вспомнил те эмоции после спектакля, они подтолкнули меня к мысли: а может стать актером. И поехал в Киев поступать, только за день до экзамена узнал, что нужно подготовить басню, стихотворение, монолог, танец, песню. Ну, думаю, все пропало. Но выехал на харизме.
Изменилось ли отношение к профессии во время войны и к выбору ролей, которые категорически отказывается играть? Как относится к тому, что некоторые актеры, не имеющие никакого отношения к армии, играют защитников? Об этом украинский актер Сергей Журавлев подробно рассказал в интервью 1+1.
Читай также: